Добрый день, Ирина! Первая операция – это работа с предсказуемой, «чистой» анатомией. Повторная же всегда превращается в задачу с массой неизвестных.
Внутри все ткани спаяны рубцами. Вместо привычных слоёв хирург натыкается на сплошной фиброз. Рубцовая ткань плотная, кровоточит при малейшем касании, и отделить её от тонкой кожи кончика, не задев сосуды, – это задача почти ювелирная.
Не хватает материала для построения. Предыдущий хирург мог полностью удалить или сломать собственные хрящи. Собирать ровную спинку и кончик просто не из чего. Приходится брать хрящ из ребра или уха и выстраивать каркас заново, с нуля.
К тому же нарушено питание кожи. После первого вмешательства сосудистая сеть уже пострадала. Любое лишнее движение скальпелем, и кожа кончика может не выдержать.
Вторичная ринопластика – это сложнейшая реконструкция. И отказ большинства врачей – не безразличие, а честная оценка своих возможностей в ситуации, где многое непредсказуемо.